|
Интервью Хамдуны Тимергалиевой для газеты «Вечерние Челны»
– Хамдуна ханум, судя по тому, что в Татарстане много известных певцов из Башкортостана, в их числе Салават Фатхутдинов, Хания Фархи, Фан Валиахметов, Зиля Сунгатуллина, вы и другие, складывается впечатление, что башкирские татары обладают каким-то особым вокальным талантом. Или в Казани легче себя проявить, чем в Уфе?
– Когда в 1976 году я приехала в Казань, таких мыслей у меня не было. Одно скажу: мне было трудно. Восемь лет меня не допускали на телевидение и радио, хотя народ меня любил и залы на концертах были переполненные. Известные артисты (фамилии я не хочу называть) из зависти создавали обо мне миф грубой артистки, что я не достойна места на татарской эстраде. Это было в советские времена, артисты унижались перед начальниками всех уровней, даже их секретарши над нами командовали. Я не могла петь то, что хотела, и исполняла по указанию партийных чиновников вещи бездарных композиторов. Но никогда не опускалась до чинопочитания и всегда сохраняла достоинство. Хотя было обидно, что до конца не могла реализовать свой потенциал. Слава Аллаху, и сегодня не хожу с опущенной головой – я птица вольная и достигла того, чего хотела. Повезло тем, кто сейчас на эстраде работает. Салават и Хания попали в удачную струю. Полная свобода, поешь что хочешь, выступаешь где желаешь. А мне раньше именно свободы и не хватало.
– Что помогало вам удержаться на сцене?
– Трудолюбие. Я всегда надеялась только на свои силы и способности. Много народных произведений вытащила на свет, собирая в глухих деревнях во время гастролей. Это «Жомга», «Уф, ерягем», «Картуф», «Ялгыз каен», «Магисарвар», «Каляй урамнары». Много среди них песен моего отца.
– Почему так сложилось, что вы, такая яркая и сильная женщина, остались одинокой?
– Наверное, это рок судьбы. Первый муж погиб, а второй оказался деспотом. Рада, что вырвалась из ада в самом прямом смысле и порвала отношения с этим страшным человеком. После черной полосы в жизни внутри как будто что-то оборвалось. Душа не пела, как раньше, а болела. Из состояния депрессии меня вывел Салават. Он пришел и сказал: «Хамдуна апа, так нельзя гробить себя, поехали со мной». Я год работала в его группе и ожила. Спасибо Салавату, что вернул меня к жизни.
– Ваше мнение о современной эстраде.
– Молодежи не хватает сценической и вокальной культуры. Из всех молодых исполнителей могу выделить только Малику. Она выведет татарскую песню на европейский уровень, если, конечно, ей помогут.
– А как вы относитесь к зарубежной эстраде?
– Положительно. Готовлю на свой юбилей песню из репертуара Уитни Хьюстон. Люблю Майкла Джексона, Дайану Росс, Тину Тернер, «Бони М».
– Никогда не думала, что народная татарская певица может интересоваться легендарной рок-певицей Тернер.
– А мне не чужды также блюз и джаз. Может, оттого, что в них используется пентатоника как основа импровизаций. На пентатонике базируются мелодии всех мусульманских народов. Мне нравится негритянская музыка, в ней привлекает ритмическое богатство, в чем и заключается ее особенность. Считаю, что если певец чувствует ритм мелодии, то его можно считать состоявшимся артистом.
Каусария ВАЛИТОВА
Источник: www.vechernie-chelny.ru
|
